«Зайдя сюда, уже мало кто уходит»

«Много детства» — фонд в Дзержинском, небольшом городе Московской области. Как и большинство подмосковных НКО, фонд не располагает ни постоянным крупным бюджетом, ни штатом с фиксированными зарплатами.

Но у «Много детства» есть другой ресурс — люди. Большинство проблем, с которыми семьи обращаются в фонд, решаются не за счет денег, а благодаря знакомствам и взаимной поддержке. К помощи подключаются волонтеры, неравнодушные к чужим трудностям. Еще чаще — мамы, которых фонд когда-то поддержал. Пройдя через собственную беду, они не уходят, а остаются рядом и помогают следующим. Получается «круговорот добра в природе». Именно так охарактеризовала деятельность фонда его директор Ирина Куршакова. Мы поговорили с ней и узнали, как создавался фонд, какие у него есть направления и с какими трудностями сталкиваются НКО в России в 2026 году.

Первая помощь и первые трудности

Идея создать фонд зародилась у Ирины не сразу. Она успешно строила карьеру в Москве: работала директором по персоналу в банке, иногда участвовала в волонтерских проектах. А когда стала многодетной мамой, поняла, что больше не хочет ездить по утрам в другой город и просто зарабатывать деньги. Она искала занятие, которое позволило бы совмещать материнство, работу и помощь другим. Ответ Ирина нашла в Угрешском монастыре. Батюшка направил ее помогать семье с пятью детьми. Был сентябрь — ребенок из этой семьи шел в первый класс, но к школе готов не был: не было ни портфеля, ни костюма. На одной из служб Ирина без малейшего сомнения и страха напрямую обратилась к главе округа Людмиле Ивановой, которая тоже посещала эту церковь. «Помню, в голове была мысль: „Господи, ну я же не прошу для себя, я прошу для кого-то“. И вопрос с формой решили»,— вспоминает Ирина.

Следующая история оказалась непростой. Тогда Ирина еще плохо представляла, как устроена помощь детям с инвалидностью, но искренне хотела поддержать одного тяжелобольного ребенка. На первой встрече его мама, по воспоминаниям Ирины, смотрела на незнакомую благотворительницу как на «человека с Луны» и не понимала, зачем та вызвалась помогать чужой семье. На лечение требовалось 137 тыс. руб., причем собрать их нужно было всего за месяц. К такой сумме и ответственности Ирина явно не была готова. Но отступать не стала: пообещала найти решение и начала искать тех, кто сможет помочь. Собрать деньги удалось благодаря знакомству с режиссером Алексеем Свиридовым. Кажется, именно тогда Ирина впервые поняла: если есть конкретная просьба о помощи, рядом обязательно найдутся люди, готовые на нее откликнуться.

Подмосковье входит в тройку лидеров по числу многодетных семей в стране, только за пять лет их численность возросла почти в 1,5 раза. Сегодня в регионе почти 120 тыс. многодетных семей, где воспитываются более 370 тыс. детей.

Чат, который изменил город

Вскоре об Ирине стало узнавать все больше семей. Чтобы собрать мам детей с инвалидностью в одном пространстве, она создала чат «Мамы Айболита», в котором сначала было 15 участниц. Из общения с ними выяснилось, что в Дзержинском нет действующего реабилитационного центра. Помещение для него требовало ремонта, а семьям приходилось возить детей на занятия в соседние Котельники.

Ирина засыпала официальными обращениями центр «Милосердие», который отвечал за социальную помощь жителям. Она добилась встречи с его руководителем и собрала 30 мам особенных детей. «Мы заявили, что дойдем до Воробьева. Он думал, что мы пошутили»,— вспоминает Ирина. Но они были настроены добиться своего. И добились — в Дзержинском открылся реабилитационный центр помощи особенным детям.

Однако вскоре возникла проблема: на бесплатные занятия образовалась большая очередь. Ребенок может пройти там курс комплексной реабилитации лишь два-три раза в год. Сейчас фонд из собственных сборов оплачивает дополнительные занятия с некоторыми специалистами.

Случайности не случайны

В рассказе Ирины о том, как она пришла к благотворительности, особое место занимает история ее крестницы Кристины. Знакомая предложила Ирине стать крестной матерью девочки, когда той был год. Через три месяца семья Кристины попала в аварию. Остальные пассажиры не пострадали, а девочка получила тяжелую черепно-мозговую травму. Ей пытались организовать лечение в Москве, но спасти ребенка не удалось.

После смерти крестницы Ирина пыталась понять, почему Кристина появилась в ее жизни так ненадолго. В поисках ответа она стала ходить в монастырь и учиться молиться. По ее воспоминаниям, духовные наставники тогда сказали ей: «Наступит момент, когда каждый день люди будут много раз говорить тебе спасибо». На слова благодарности они советовали отвечать: «Мне ничего не надо, людям помогите».

Тогда Ирина еще не понимала, к чему относятся эти слова. Теперь она связывает их с работой в «Много детства» и воспринимает как предсказание.

С памятью о Кристине связан и символ «Много детства». Ирина рассказывает, что в тот момент, когда ей позвонили и сообщили о смерти крестницы, на нее села божья коровка. Эта деталь трагического дня приобрела для нее особый смысл. Позже божья коровка стала символом фонда.

Вера занимает важное место и в ее рассказах о фонде: неожиданную помощь и встречи с людьми, готовыми поддержать чужую семью, Ирина объясняет Божьим участием.

Однажды она собиралась вести 17 подопечных фонда на рождественское причастие и хотела вручить каждому небольшой подарок. Однако на счете не было денег, а подарков — в фонде. Директор только успела вслух сказать, что нужно найти хотя бы что-нибудь, как через несколько минут раздался звонок: фонду предложили забрать подарки, оставшиеся после Нового года. Их оказалось ровно 17. «Я объясняю это только тем, что Бог держит нас на руках и помогает нам развиваться»,— рассказывает директор.

Впрочем, ждать помощи со стороны Ирина явно не привыкла. За историями о неожиданных совпадениях и своевременной помощи стоит человек, который сам привык внимательно присматриваться к людям, искать в них сильные стороны и понимать, на что они способны.

«Мой талант — увидеть золото в человеке»

Ирина совмещает две сферы, которые на первый взгляд кажутся далекими друг от друга. С одной стороны, она руководит благотворительным фондом, с другой — работает профайлером: анализирует мимику, жесты, речь и реакции человека, составляет психологические портреты и разбирает поведение публичных фигур на федеральных телеканалах, например в программе Андрея Малахова.

Эти навыки часто помогают ей и в работе в «Много детства». «Мой талант — увидеть золото в человеке».

Среди волонтеров НКО есть мамы, которые сами обратились в фонд за помощью, а теперь поддерживают других: одна ведет бухгалтерию, другая сортирует вещи, кто-то собирает документы новых подопечных.

Но есть уникальный случай. В фонде работает мама троих детей, двое из которых — с особенностями. У самой женщины нет правой руки. Несмотря на это, она вызвалась вести делопроизводство фонда. Для этого она научилась левой рукой сканировать документы и вкладывать листы в файлы. «Если, например, ребенок слепой, то он почему-то хочет именно читать. Если у ребенка нет голоса — он хочет петь. Это прямо закон природы».

Ирина старается распределять задачи с учетом сильных сторон каждого. Женщине, у которой нет одной руки, она поручает документы — та внимательна и скрупулезна. Творческой маме такая работа, наоборот, не подойдет, зато она может поставить танец для детей или сыграть в спектакле.

Три программы и один принцип

Сегодня у фонда три официальных направления. «Помощь в радость» — так в фонде называют поддержку многодетных и других семей с детьми, оказавшихся в трудной ситуации. Им помогают одеждой, продуктами и мебелью. Вещи приносят жители Дзержинского и соседних районов, для закупки продуктов фонд привлекает пожертвования. Если семье нужно перевезти кровать или шкаф, подключаются волонтеры с транспортом: доставку тоже организуют бесплатно.

Программа «Мамы Айболита», выросшая из родительского чата, помогает семьям, воспитывающим детей с инвалидностью. Фонд покупает лекарства и коляски, оплачивает реабилитацию. Открытие государственного реабилитационного центра в городе не отменило эту работу: по словам Ирины, в рамках программы фонд оплачивает дополнительные занятия с логопедом и нейропсихологом в центре на улице Доркина.

Третье направление — помощь в обучении в инклюзивном пространстве «Много детства Плюс». Здесь уже начались занятия для детей, которые готовятся к школе или испытывают трудности в учебе. На момент нашей встречи Ирина искала репетиторов по математике и русскому языку, готовых работать с детьми с особенностями. Среди задач — развитие связной речи: научить ребенка описывать происходящее на картинке, формулировать просьбу целым предложением. Работу педагогов фонд планирует оплачивать из пожертвований, чтобы занятия для семей были бесплатными.

Помимо помощи в учебе детей в фонде учат бытовой самостоятельности. На кулинарных занятиях они учатся пользоваться ножом, делать бутерброды и жарить яичницу. «Если с мамой что-то случится, как ребенок выживет без нее?» — говорит Ирина. Компьютерные классы созданы с той же целью: «Особенный ребенок должен уметь хотя бы заказать себе пиццу». Оборудование не новое, зато рабочее. В столярной мастерской дети под присмотром взрослых разбирают, шлифуют и красят старую мебель. Также в фонде работают мастерские по шитью, лепке и керамике. Есть и актовый зал, где волонтеры вместе с детьми ставят спектакли к праздникам. Всего на попечении фонда сейчас находятся 130 семей. Им помогают 38 волонтеров.

Заветный миллион

Людей, готовых включиться в работу и помочь, вокруг фонда много. Гораздо сложнее с деньгами: при всем разнообразии программ и масштабе работы постоянного бюджета у «Много детства» нет. Официальная зарплата Ирины — 3 тыс. руб. в месяц. Нет и постоянного крупного спонсора: фонд существует за счет частных и корпоративных пожертвований. Значительную поддержку ему оказывают участники ежегодной акции «Дети — цветы жизни». Ко Дню знаний родители и школьники покупают учителю один общий букет вместо отдельных, а сэкономленные деньги перечисляют в «Много детства».

Ирина рассказывает, что в прошлом году эта инициатива принесла около 600 тыс. руб. Однако это разовые поступления, в то время как коммунальные платежи, бухгалтерская программа и содержание помещения — расходы ежемесячные и обязательные, независимо от того, поступили пожертвования или нет.

Чтобы фонд стабильно функционировал, на его счете должно быть не менее 1 млн руб. Но этого минимума, по словам Ирины, почти никогда нет. По внутреннему правилу фонда 80% любых поступлений должны направляться непосредственно подопечным и только 20% — на административные расходы. «Мне нужно заработать так, чтобы я имела право платить за коммунальные услуги»,— объясняет Ирина. Поэтому часть расходов она иногда оплачивает из личных средств.

Дважды фонд подавал заявки на гранты, но оба раза не получил финансирования. В последний раз ему не хватило одного балла из 20 необходимых.

Сложнее всего обеспечить постоянную работу специалистов. Несколько занятий специалист по развитию детей может провести бесплатно, но регулярную работу фонду приходится оплачивать. Если денег на продолжение занятий нет, ребенка приходится передавать другому специалисту. Для детей с особенностями смена окружения — большой стресс.

Что дальше

У «Много детства» по-прежнему нет финансовой подушки, которая позволяла бы спокойно планировать работу на месяцы вперед. Но сам фонд за эти годы рос прежде всего не за счет денег. Получается, что главный ресурс «Много детства» все это время воспроизводит сам себя: человек приходит в фонд за помощью, а потом нередко оказывается по другую ее сторону. «Зайдя сюда, уже мало кто уходит»,— говорит Ирина. За пять лет фонд сменил несколько помещений, появились новые программы, выросло число подопечных. Но принцип, с которого все начиналось, остался прежним: когда возможностей одного человека не хватает, ему помогает тот, кто рядом.

Анастасия Черней