«Я всегда стремился создать именно многофункциональную клинику»

АО «Медицина» родилось из моей мечты о собственном терапевтическом отделении с лучшим оборудованием и врачами. В 1990 году я, на тот момент заведующий кардиологическим отделением одной из московских больниц, вместе с несколькими единомышленниками основал кооператив «Пульс» и запустил в Москве первую частную скорую помощь. У нас было два подержанных импортных реанимобиля, на которых мы обслуживали в основном иностранцев.

Уже в 1993 году мы смогли открыть поликлинику — это была часть нынешнего здания во 2-м Тверском-Ямском переулке, а в 1996 году там появились стационар и операционный блок. В целом в 90-е годы мы занимались в первую очередь вопросами инфраструктуры — достраивали здание клиники, открывали в ней новые отделения, устанавливали оборудование. Но основным мотиватором работ с самого начала был абсолютный приоритет интересов больного. В  2000-х годах наши усилия по развитию клиники получили признание — в 2007 году мы прошли сертификацию ISO 9001:2000, вступили в ассоциацию «Ведущие Клиники Швейцарии» (SLH). В 2008 году АО «Медицина» стало полноправным участником Европейского фонда управления качеством (EFQM), а в 2009 году мы получили диплом «Российское качество» и право использовать знак «Российское качество». В 2010-х мы работали над тем, чтобы соответствовать не просто строгим, а самым строгим критериям качества медицинской помощи. В 2011 году мы первыми в Российской Федерации прошли аккредитацию по международным стандартам качества и безопасности медицинской помощи JCI, которые в профессиональном сообществе считаются самыми надежными в мире. С тех пор уже три раза подряд мы подтвердили соответствие этим стандартам. Для больного такой уровень помощи можно получить в очень ограниченном числе международных клиник.

Я всегда стремился создать именно многофункциональную клинику, потому что только в ней можно обеспечить системный подход к пациенту. Организм человека сложно устроен, в нем все взаимосвязано, и лечить его нужно в комплексе. По этой же причине у нас такую важную роль играют терапевты — именно они могут видеть пациента целиком, а не только как набор отдельных органов, пораженных той или иной болезнью. Поэтому пациент, обратившись к нам, может получить предварительный диагноз от врача общей практики, а узкопрофильный специалист назначит лечение. Контролировать, как идет ход лечения, опять же будет врач-терапевт — и он будет сопровождать пациента на протяжении всего курса лечения.

«Интегрирующая» роль терапевта важна и еще по одной причине. Теперь знание об отдельных процессах в организме есть даже у самих пациентов — и это в целом неплохо, потому что пациенты становятся более грамотными, более требовательными, иными словами, из ведомого врачом постепенно становятся его партнером в борьбе с болезнью. Но знания пациентов в большинстве случаев фрагментарны. Например, человек узнал, как ему повлиять на уровень холестерина в крови, снизив потребление жирной пищи. А то, какое количество функций холестерин выполняет в организме, как он встроен в обменные процессы, не понимает. Задача терапевта — объяснить все это пациенту.

В целом пациент должен понимать, почему ему назначили сдать те или иные анализы, почему МРТ, а не КТ, почему в рецепте указаны именно такие лекарства. В том числе для этого мы в середине 2000-х годов начали внедрять в клинике электронные истории болезни. Как только это стало технически возможным, мы открыли доступ к ним для своих пациентов. Как показала практика, такой шаг сам по себе рождает доверие — сначала записи в истории болезни изучают 70–75% пациентов, повторно — около 40%, а потом перестают проверять, так как недоверие к врачам проходит.

Для нас важно, чтобы пациент почувствовал себя защищенным, смог довериться врачу и стать его партнёром в борьбе с болезнью. Ведь вовлеченность пациента в лечебный процесс во многом определяет его успех. Поэтому мы разработали гарантии клиники, которые описывают права и обязанности пациента и его семьи. Основой для них послужили такие документы, как Европейский отчет по правам пациентов 1994 года, Отчет Всемирной ассоциации врачей по правам пациентов 1995 года и законодательство РФ.

Мы хотели сделать наши палаты максимально похожими на гостиничные номера, чтобы создать у пациентов приятные ассоциации во время пребывания в стационаре. Сейчас наш стационар полностью соответствует уровню пятизвездочного отеля, за исключением того, что у нас нельзя постелить ковры, -так как мы являемся медицинским учреждением. Но при этом вся мебель у нас медицинская и везде в доступе кнопки вызова персонала, что, в свою очередь, соответствует стандартам JCI.

На самом деле, вид медицинского учреждения играет огромную роль в процессе лечения пациента. Например, наше отделение химиотерапии оформлено в рамках совместного проекта с кафедрой неврологии, нейрохирургии и медицинской генетики РГМУ имени Н. И. Пирогова академика РАН Е. И. Гусева. Есть такое направление медицины как цветотерапия, которое с помощью цветов и изображений создает внешнее окружение, способствующее выздоровлению. Мы прибегли к цветотерапии, чтобы создать у пациентов благоприятный настрой во время лечения.

К сожалению, да, но мы давно выстроили свою собственную систему обучения персонала и повышения квалификации, поэтому частично можем компенсировать дефицит кадров. Медицина сейчас развивается с такой скоростью, что полученные в институте знания теряют актуальность уже через 5–7 лет, поэтому любой врач обязан постоянно учиться. Ежегодно около 100 наших врачей и сестер выезжают за рубеж на стажировки, в этом году, когда зарубежные поездки стали невозможны, мы запустили обучающие вебинары. В нашей клинике есть библиотека, сотрудник которой помогает по запросу доктора подобрать любую иностранную. Мы активно приглашаем выдающихся российских и зарубежных экспертов, а также специалистов из Siemens, Philips, General Electric, ведущих мировых медицинских центров читать лекции нашим сотрудникам.

На клинической базе АО «Медицина» еще в 1998 году появилась кафедра терапии и семейной медицины РГМУ им. Н. И. Пирогова . Около 40% наших врачей — кандидаты и доктора медицинских наук. Сейчас мы ежегодно выпускаем около 50 научных работ — это и статьи, и учебники, и монографии. В результате индекс Хирша — специфический показатель, который учитывает число научных публикаций и количество их цитирований, — у нас составляет 71, что сопоставимо с показателем ведущих российских медицинских университетов. Можете представить, эффективность научной работы в частной клинике сопоставима с лучшими университетами.

В начале 2021 года вышел учебник по семейной медицине «Руководство для врача общей практики» — результат нашей трехлетней совместной работы с американскими коллегами. В проекте участвовали сотни врачей, которым интересны научно-исследовательская деятельность и преподавательская работа. Иногда спрашивают: зачем вам научная работа? Ответ прост: мне неинтересны врачи, которые работают только из-за зарплаты. Врачи, занимающиеся еще и научной деятельностью, — другие. Это врачи интересующиеся, читающие, мыслящие.